Блокчейн, финтех, новая экономика, блэкджек

Elina Sidorenko

Элина Сидоренко: «Дождемся решения FATF – и сразу примут законы»

Интервью/Прямая речь/Статьи

Глава межведомственной рабочей группы Госдумы Российской Федерации по оценкам рисков оборота криптовалюты Элина Сидоренко рассказала Hash#Telegraph о перспективах госрегулирования крипторынка в России, разнице мировозрений и блокчейн-сервисах ближайшего будущего.

Вторая часть опубликована здесь и посвящена токенам, биржами и анонимным криптовалютам.

Риски, возможности и FATF

Риски, характерные для сегодняшнего крипторынка, — в чем вы их видите?

Первый и, наверное, самый весомый сегмент рисков — это криминологические риски. То есть риски совершения преступлений с использованием криптовалют и токенов — их сейчас активно обсуждают на международном уровне. В этом сегменте можно выделить несколько блоков. Первый — использование криптовалюты как платежного средства в теневом интернете, для обслуживания расчетов на теневых рынках наркотиков, порнографии и тому подобного. Второй блок — легализация доходов, полученных преступным путем. И, наконец, третий блок — преступления, связанные с хищением цифровых активов.

К слову сказать, сегодня, ввиду отсутствия внятного правового статуса криптоактивов, мы, по крайней мере в России, не можем квалифицировать такие действия как хищение или мошенничество.

Второй серьезный сегмент рисков — отсутствие внятного правового статуса. Сейчас в мире нет сколько-нибудь согласованного подхода к тому, что такое цифровые финансовые активы. И эта мозаичность в оценках очень плохо сказывается на транснациональных платежах и на рынке в целом.

Все остальные риски вытекают из этих двух сегментов.

Как именно эта мозаичность влияет на способность правоохранительных органов разных стран (а система-то глобальна!) эффективно взаимодействовать, преследуя преступников и защищая инвесторов?

Здесь прямая корреляция. Одна страна относит криптовалюту условно к средствам платежа, а другая — нет, и это уже формальное основание для отказа в правовой помощи первому государству со стороны второго. Это касается и предоставления нужной информации, и выдачи лица, совершившего преступление, и всего остального.

В рекомендациях FATF, которые еще не озвучены (я просто видела проект этого документа — его рассмотрение ожидалось на сессии 27-29 июня 2018 года, но в итоге его отложили на сентябрь),  я писала об этом в своем Телеграм-канале, уже обозначено, что ключевой проблемой для сегодняшних систем являются:

1) отсутствие общей информационной базы для обмена сведениями между государствами;

2) отсутствие единых механизмов выявления и расследования такого рода преступлений.

Всё потому, что ключевые страны не имеют согласованной позиции в том, как подходить к оценке криптовалюты и токенов.

Госрегулирование в России

В законопроектах, которые в мае были приняты в России в первом чтении и по которым вот-вот ожидается второе чтение, — как там определены криптовалюты?

Сейчас в Государственной Думе лежит сразу несколько законопроектов. И они очень по-разному подходят к определению криптовалют и токенов. Мне импонирует законопроект, предложенный Крашенинниковым и Володиным, в котором разделяются две вещи — цифровые права и цифровые деньги. Все криптовалюты, как средство платежа, в том законопроекте определены как цифровые деньги. А токены с ICO и с обязательственным правом прекрасно укладываются в понятие цифровых прав. Этот законопроект имеет ряд некоторых технических недочетов, но они легко устраняются.

И если соответствующие поправки будут внесены в Гражданский кодекс Российской Федерации в части объектов гражданских прав, на выходе мы можем получить очень много полезного.

Во втором законопроекте используется совершенно другой подход: предлагается определить цифровой актив как некое общее понятие или общую категорию и ограничить его только криптовалютой и токенами. Но при этом криптовалюта на территории Российской Федерации не может быть обменена, а токен может быть приобретен, но законопроектом предусмотрен достаточно сложный механизм его отчуждения. То есть закон вроде бы вводит в правовое поле некоторые понятия, но выводит их из собственно практического поля.

Какой вариант дорожной карты по созданию законодательства о криптоактивах в Российской Федерации наиболее вероятен?

В Центральном банке считают, что криптовалюта и токены сейчас не обладают достаточными экономическими ресурсами для того, чтобы функционировать в свободном экономическом обороте в полной мере.

Центральный банк, и Минфин в этой части его поддерживает, — а против них идти не решится никто, — исходит из того, что в Российской Федерации криптовалюта не может быть законным средством платежа.

В то же время все понимают, что, если мы не введем эти понятия в правовое поле, нам будет очень сложно защитить людей, которые уже вовлечены в крипторынок. Поэтому я уверена, что в ближайшее время — очевидно, уже после депутатских каникул, — будет принят законопроект, где будут определены статусы криптовалюты и токенов.

Скорее всего, это будет рамочный документ, и, как мне кажется, он возьмет все лучшее из тех законопроектов, которые уже лежат в Государственной Думе, — проекта о цифровых активах и о внесении изменений в статью 128 ГК РФ и законопроекта Крашенинникова-Володина. Вот в таком качестве документ будет абсолютно проходным и сможет ассимилироваться в существующую среду. Это японский подход, потому что, если помните, японская история с криптовалютой началась с внесения поправок в закон о платежных расчетах 1 апреля 2017 года, а уже после этого последовательно принимались пакеты поправок, которые касались собственно конвертации, создания бирж, кодификации пользователей и многого другого. Мы должны идти точно по этому же пути.

К этому сейчас склоняется и экспертное сообщество, и Центральный банк. Но и говорить сейчас о том, что какая-либо страна в мире может принять законопроект, который будет актуальным даже не «на века», а хотя бы на 2-3 года — нереально.

Пока не выработаны стандарты FATF относительно рисков использования криптовалюты, мы не решим вопрос о том, как криптовалюта будет выходить в реальный мир.

То есть, пока на руках нет policy paper от FATF, сложно принимать национальное законодательство?

Абсолютно верно. Все национальные законодательства в мире, касающиеся криптоактивов, включая ту же Японию, — это на самом деле «псевдозаконодательства». Они закрывают некоторые пробелы, но эффективны только отчасти. В остальной части — это «пустые» законы.

Что получим от блокчейна

Каково ваше видение применения блокчейн-технологии вне криптовалют? 

Первое — это, конечно, развитие блокчейн-сервисов. Пора усложнять блокчейн и навешивать на него дополнительные технологии. Должен появиться блокчейн, умноженный на: искусственный интеллект, Big Data, интернет вещей. Такого рода технологии отлично покажут себя в системе логистики, транспортного управления, менеджмента, маркетинга.

Второй блок, очень важный — это так называемая деривативная природа криптоактивов. Об этом мало говорят, но, если мы посмотрим на все преимущества блокчейна — безоткатность транзакций, их прозрачность, возможность подтверждения времени, идентификации субъектов, которые формируют ту или иную транзакцию, — станет очевидно, что эту модель можно с успехом использовать в рамках деривативов. И мне кажется, что в ближайшем будущем банки этой темой займутся — не только в России, во всем мире.

Еще одна модель, на которой могут преуспеть банки — это эскроу. На сегодняшний день об этом только начинают говорить, но интуитивно чувствую, что в 2019 году это может стать большим трендом для многих организаций.

Ну и наконец третий компонент — токенизация экономики. Возможность получения легких инвестиций не может остаться незамеченной. В 2018-2019 году мы увидим множество проектов, где будут созданы уникальные модели финансирования экономики. Появляется перспектива появления так называемых надгосударственных систем расчетов. Эта модель тоже имеет большое будущее и, мне кажется, скоро мы услышим о реальных интересных проектах так называемых межгосударственных организаций. Например, запуск единой расчетной единицы на площадке той или иной организации. Если эта модель заработает, то система внешнеэкономической деятельности за ближайшие три года будет кардинально перестроена. И традиционным специалистам — экономистам, специалистам по ВЭД — придется переквалифицироваться или искать новую работу.

Насколько вероятно использование блокчейн-технологий для обслуживания оборота национальных валют?

Я пока не верю в национальные криптовалюты. Потому что за хайпом все еще не видно здравого смысла.

Вторую часть интервью читайте здесь.

BTC
7463.840.21%
ETH
463.502-3.14%
XRP
0.456846-6.39%
BCH
791.598-4.97%
Ту зе МУН