Блокчейн, финтех, новая экономика, блэкджек

Korea cryprocurrency

Корея, выдыхай, или Какие из запретов не введут

Аналитика/Статьи

К 14 января пыль от корейского скандала улеглась, курсы криптовалют на ключевых биржах отчасти восстановились, но осадочек остался. И впереди — новое завинчивание гаек на четвертом по масштабам крипторынке.

Если кратко — мировой рынок криптовалют лихорадило два дня после того, как были обнародованы планы министерства юстиции Республики Корея по поводу ужесточения регулирования на рынке криптовалют. Информация об этом просочилась еще 10 января, стала известна более детально 11 января, что и привело к резкому снижению курсов криптовалют. Особенно сильно пострадал Ripple, рухнувший на четверть. Примерно на 15% снизился курс Bitcoin, а вот Ethereum почти не упал.

Почему падали неравномерно? Потому что удививший нас всех в конце декабря разгон Ripple происходил за счет покупки этой криптовалюты за корейские воны. Не факт, что там были исключительно местные деньги — поговаривают, что многие китайские криптоинвесторы работают через корейские площадки. По сделкам с Bitcoin корейские воны почти все время занимают третье-четвертое место после доллара США, японской иены и расчетной единицы USDT. Примерно та же ситуация и с Ethereum, только там лидером являются операции с долларами США или конвертации через Bitcoin, а затем уже следуют USDT, иены или воны.

13 января, по мере просачивания новостей о планах южнокорейского правительства, стало ясно, что перспективы по части регуляции оказались не такими и страшными. Рынок начал успокаиваться, и уже к концу дня субботы, 13 января, ситуация выглядела более чем обнадеживающе для биткоина и эфира, хотя риппл и оставался внизу.

Казалось бы, Корея — небольшая страна, не самая заметная экономика, а какое влияние на глобальные рынки! Разбираемся, почему.

Страна с премией 40%

В Корее — очень специфический рынок криптовалют. Настолько специфический, что многие из них торгуются к воне с премией в 30-35%, а то и более, если пересчитать по кросс-курсу через доллар.

Например, вечером 13 января 2018 года на ресурсе coinmarketcap.com курс биткоина, рассчитываемый как среднее по большому числу торговых площадок, составлял $14425, тогда как на самой крупной из корейских бирж — Bithumb, — кросс-курс через корейскую вону составлял $19356. То есть торговля шла с премией в 34%. Дошло до того, что на одном из самых известных информационных ресурсов — CoinMarketCap — 8 января три главные корейские биржи были исключены из расчета индекса: уже упомянутая Bithumb, а также Coinone и Korbit. Чтобы их «премиальные» показатели не искажали статистику.

Что интересно, очень многие «лемминги» не обратили внимания на сообщение CoinMarketCap. И, увидев, как просели котировки в результате исключения корейских данных, тут же ринулись сбрасывать криптовалюту. Но это были еще цветочки. Ягодки пошли после появления слухов о будущих запретах в Корее.

Корейский рынок, конечно, не самый крутой, но если вы посмотрите на значимость операций с криптовалютой для местной экономики, то изрядно удивитесь.

За год оборот криптовалютного рынка вырос с 300 млрд вон в месяц (~$295 млн) в январе 2017 г. до 56,3 трлн вон (~$53,49 млрд) в ноябре того же года. Масштабы — колоссальные, примерно 13-15% мирового оборота криптовалют. А если сравнить с масштабами корейской экономики — это впечатляет еще больше: около 80% величины оборота по ключевому корейскому фондовому индексу KOSDAQ.

Так откуда берется эта премия, которую на рынке называют «премия кимчи» (Kimchi Premium), по имени популярного корейского блюда?

Причина разницы (премии) — в жестких ограниченях на валютообменные операции и суровых требованиях местного законодательства по борьбе с отмыванием грязных денег. По идее, наличие этих ограничений должно серьезно сдерживать приток фиатных денег на крипторынок, но нет. Причин две.

Первая: наличие армии корейских розничных инвесторов, которым не нравятся ставки в местных банках и которых не устраивает доходность местных ценных бумаг.
Вторая причина: наличие по соседству Китая, откуда текут частные капиталы в Корею. Ее по китайскую сторону границы считают тихой инвестиционный гаванью.

Весь 2017 год крипторынок в Корее развивался бешеными темпами:

1. Май 2017 г.: первые ICO.
2. Май 2017 г.: крупные корпорации начали интеграцию с блокчейн-индустрией. Samsung вступил в Enterprise Ethereum Alliance. Корпорация Nexon купила старейшую корейскую криптобиржу — Korbit.
3. Июль 2017 г.: «премия кимчи» по сделкам с Ethereum взлетела до 50-70%.
4. Сентябрь 2017 г.: Комиссия по финансовым услугам Кореи (FSC) сделала заявление о токенах ICO, указав, что готовит их запрет. Рынок отреагировал: запуски ICO прекратились.
5. Декабрь 2017 г.: резко ужесточилась риторика органов власти по поводу криптовалют («пирамида», «отмывание грязных денег», «наркоторговля»); к подготовке регуляции подключилось министерство юстиции, которое заявило о подготовке жестких ограничений.

В свою очередь Корейская ассоциация блокчейн-индустрии (Korean Blockchain Industry Association), которая объединяет 14 криптобирж, заявила, что ее члены добровольно введут требования к инвесторам по их идентификации, а также использования единого счета для осуществления транзакций. Важно, что нормативными документами такие требования не предусмотрены, это исключительно инициатива Ассоциации, которая действует, опережая возможные требования правительства.

6. Обороты рынка в национальной валюте выросли примерно в 20 раз с января по декабрь 2017 года.

Что в январе-марте?

Проблема корейского крипторынка состоит в том, что к процессу нормотворчества подключился местный минюст. До сих пор местный орган контроля финансовых рынков (FSC) вел диалог с местным криптосообществом и высказывал намерения, которые рынок спешил реализовать в виде добровольных самоограничений. А вот минюст сразу взялся писать проект закона с жесткими ограничениями.

Korea Ministry of Justice
Министр юстиции Кореи Парк Санг-ки

Министр юстиции Парк Санг-ки 11 января заявил, что правительство разрабатывает законодательство, которое закроет все виртуальные валютные биржи в стране, хотя офис президента заявил, что такое решение еще не одобрено правительством. Как уже было сказано, рынкам это заявление обошлось дорого — криптовалюты потеряли $106 млрд капитализации.

По имеющимся данным, министерство юстиции разработало проект закона «О регулировании сделок с фиктивными валютами» в начале января. Согласно мнению министерства юстиции, виртуальная валюта не может быть признана валютой, вместо виртуальной валюты в проекте закона использовалось выражение «виртуальный токен».

Минюст намерен до конца января обнародовать законопроект и провести по его поводу общественную дискуссию, прежде чем документ будет представлен в Национальном собрании (парламенте) Кореи. Целью Министерства юстиции, как оно заявило, является принятие закона в течение первого квартала 2018 года. И оно рассчитывает на голоса правящей партии.
Законопроект содержит положение о том, что никто не должен выдавать, хранить, управлять, обменивать, организовывать или публиковать виртуальный токен через биржу. Этим самым запрещаются биржевые операции в виде транзакций в виртуальной валюте. Причем, если варианты законопроекта, разрабатывавшиеся FSC, содержали некоторые исключения из данного правила, то содержание законопроекта, подготовленного министерством юстиции, предлагает полный запрет.

Соответственно, если законопроект пройдет Национальное собрание и вступит в силу, все виртуальные валютные биржи станут незаконными. Также будут запрещены тематические рекламные сообщения. Санкции — жесткие: конфискация доходов на бирже, а также тюремное заключение представителей и руководителей биржи на срок до 7 лет.

Главный предлог введения столь жестких запретов — ссылки на использование криптовалют в азартных играх, уклонении от налогов, легализации «грязных денег» и наркоторговле.
Однако уже известно, что операции с виртуальной валютой через зарубежные биржи или P2P-транзакции будут исключены из вводимого запрета. По понятным причинам — такой запрет невозможно реализовать на деле. И чиновники это признают — как сказал на условиях анонимности один правительственный чиновник сайту daum.net: «Если есть люди, живущие в реке Хань, как бы вы запретили им торговать?». Он также сказал: «Наша задача — дисциплинировать азартные игры и спекуляции».

Наиболее вероятный сценарий — некоторое смягчение предельно жесткого проекта закона, предложенного министерством юстиции Кореи. Не из человеколюбия, конечно. А ради того, чтобы не загонять транзакции корейцев с криптовалютами за пределы контроля со стороны финансовых властей. По имеющимся данным, как раз до конца января должна завершиться активная дискуссия между финансовыми властями (FSC) и минюстом.

Александр Крамаренко

Украинский журналист и редактор.
C 2006 года по настоящее время — главный редактор журнала «Деньги.ua», а в 2017 году также возглавил журнал «Корреспондент»
2003-2006 годы — главный редактор журнала «Профиль-Украина»
1998-2003 годы — выпускающий редактор делового еженедельника «Бизнес»
До прихода в журналистику занимался научной работой. В 1985-1994 годах — инженер-исследователь, младший научный сотрудник, научный сотрудник, старший научный сотрудник Института проблем машиностроения Академии наук Украины (Украина, Харьков). Более 25 научных работ в области механики деформируемого твердого тела. Кандидат технических наук.

Выпускник Харьковского политехнического института (инженерно-физический факультет).

Понравилась статья?

Подпишись на e-mail рассылку и будь всегда в курсе последних событий
BTC
3272.540.4%
XRP
0.291.06%
ETH
86.712.18%
BCH
81.050.52%
Ту зе МУН