Российский малый бизнес открыто говорит: выживать в 2026 году сложнее, чем в ковид. Два удара пришли одновременно — налоговая реформа и отключение от цифровых инструментов. Минфин подтвердил цифрами: налоговые поступления от малого и среднего бизнеса в первом квартале рухнули на 22,2% год к году. Реформа, задуманная ради пополнения бюджета, пока работает против него.
Что происходит на земле
В социальной сети Threads* сотни предпринимателей со всей страны описывают одну и ту же картину. Хлебопек из Волгограда: налоги почти удвоились, поднял цены, переложил на покупателей. Мебельное производство с 2004 года, 16 человек в коллективе — закрывается. Владелец общепита: выручка упала с 300 000 рублей в январе до 20 000 в феврале и марте — такого не было даже в кризисный 2018 год. Производитель компьютеров под заказ с девятилетней историей раздал сотрудников «в добрые руки» и ликвидирует ИП. Бухгалтер, обслуживающий малый бизнес, потерял половину дохода — просто потому что клиенты сворачиваются.
Интернет-магазины сообщают о падении выручки в два-три раза год к году. Гостиничный сектор: ряд отелей в марте показал нулевую прибыль. Коммуникационное агентство: все постоянные клиенты за год порезали бюджеты, новых найти не удалось, директор распустила команду и ищет работу в найме. Один из предпринимателей опубликовал финансовый отчёт: выручка 50 млн рублей, чистая прибыль — 3 млн, зато налоговые отчисления выросли на 200%.
Нас добили блокировки.
Среди тех, кто держится, — иммиграционные юристы («звонят и пишут круглые сутки»), психологи, стоматологи и премиальный ивент-сегмент. Те, кто заранее вышел на зарубежных клиентов, чувствуют себя лучше остальных.
Что изменилось с января
С начала года правительство повысило НДС с 20% до 22% и снизило порог выручки, при котором возникает обязанность его платить, — с 60 до 20 млн рублей. Одновременно отменили льготы по страховым взносам для малого бизнеса. Для многих предпринимателей это означало рост налоговой нагрузки в разы — не на проценты.
Instagram* заблокирован, Telegram замедлен
Для огромной части малого бизнеса соцсети были не развлечением, а основным каналом продаж и связи с клиентами. Блокировка Instagram* выбила почву из-под ног у тех, кто годами выстраивал там аудиторию. Следом пришла очередь Telegram: с февраля 2026 года Роскомнадзор существенно усилил ограничения на работу мессенджера, и в ряде регионов доля неудачных запросов достигала 80%. По оценкам, от 30 до 60% входящих обращений у типичного небольшого предприятия поступает именно через Telegram — и в первые недели после ужесточения ограничений этот поток сократился на 20–50%.
В начале апреля новые алгоритмы фильтрации трафика Telegram задели банковскую инфраструктуру: платёжные шлюзы отключились каскадно, несколько дней клиенты крупнейших банков не могли совершать транзакции, а в ряде регионов наличные временно стали единственным способом расчёта.
Параллельно развивается механизм «белых списков» — во время отключений мобильного интернета работает только заранее одобренный перечень сервисов. Пять дней отключений в Москве в марте обошлись столичному бизнесу в 3–5 млрд рублей, наиболее уязвимыми оказались курьерские службы, такси и розничная торговля. Потери рекламного рынка от ограничений Telegram и YouTube в совокупности оцениваются в 75 млрд рублей в год.
Власть смотрит в другую сторону
26 апреля заместитель руководителя Администрации Президента Максим Орешкин заявил: интернет-ограничения никак не влияют на экономические показатели. Среди реальных проблем он назвал дефицит кадров, медленные структурные изменения и недостаточно быстрое внедрение технологий. Чиновник говорит о медленном внедрении технологий как о проблеме — и одновременно отрицает ущерб от политики, которая системно отрезает бизнес от цифровых инструментов.
Двумя днями ранее выяснилось, что Владимир Путин считает отключения мобильного интернета в городах явлением нечастым — хотя «белые списки» к тому моменту уже функционировали как полноценная инфраструктура, а Госдума успела обсудить возврат уличных таксофонов как практическую меру реагирования.
Роскомнадзор может занести себе в актив отдельное достижение: налоговые поступления от малого бизнеса замедлились куда эффективнее, чем Telegram. При этом картина, которую видит власть, и экономическая реальность расходятся всё сильнее.
Мнение ИИ
Исторический анализ подобных ситуаций указывает на характерный паттерн: государства, пытавшиеся контролировать цифровую инфраструктуру ради политических целей, неизменно сталкивались с «налогом на изоляцию». Показательно, что удар приходится именно по малому бизнесу: крупные игроки имеют ресурсы для адаптации, тогда как небольшие предприятия работают без «подушки безопасности».
Есть и структурный риск, который редко обсуждается: малый бизнес — это не только налоги, но и амортизатор безработицы. Его сжатие создает отложенную социальную нагрузку, которая проявится позже и потребует бюджетных расходов.
* Meta Platforms (включая Instagram, Facebook и Threads) признана в России экстремистской организацией (решение суда 2022 года). Её деятельность запрещена.
▼
Самые интересные и важные новости на нашем канале в Telegram
