Трамп объявил о мире с Ираном — и вернулся к тому, с чего начинал Обама

На саммите G7 во Франции Трамп заявил, что рамочное соглашение с Ираном уже подписано, а Ормузский пролив «частично открыт» для судоходства. Нефтяные рынки отреагировали снижением цен сразу после объявления.

Как развивались события

15 июня президент США опубликовал пост в Truth Social, объявив о завершении переговоров с Ираном и призвав: «Let the oil flow!». В тот же день стороны провели виртуальную церемонию подписания меморандума о взаимопонимании (MOU). Участниками стали Трамп, вице-президент Дж. Д. Вэнс (J.D. Vance) и спикер иранского парламента Мохаммад Багер Галибаф (Mohammad Bagher Ghalibaf). Формальная церемония запланирована на 19 июня в Женеве, хотя формат и место проведения могут измениться — в частности, упоминалось возможное участие Пакистана.

Соглашение предусматривает немедленное прекращение военных действий, включая Ливан, снятие блокады иранских портов и открытие Ормузского пролива. На переговоры по ядерной программе и санкционному режиму отведено 60 дней. Трамп также опроверг сообщения о прямых американских выплатах Ирану: по его словам, фонд реконструкции объёмом $300 млрд будет формироваться за счёт стран Персидского залива. Полный текст MOU пока публично не опубликован.

Кто доволен, а кто — нет

Иранские официальные лица, включая замминистра иностранных дел, подтвердили немедленное прекращение огня и снятие блокады, охарактеризовав итог как собственную победу. Часть союзников Трампа внутри страны выразила сомнения в формулировках документа, а издание The Atlantic расценило соглашение как отступление от первоначально заявленных целей администрации.

Отдельным источником напряжения остаётся позиция Израиля: премьер-министр Биньямин Нетаньяху (Benjamin Netanyahu) заявил об отказе выводить войска из южного Ливана, что расходится с условиями соглашения. Военных столкновений после 15 июня в открытых источниках не зафиксировано.

Победа или повтор пройденного?

Председатель комиссии по информационной политике Совета Федерации Алексей Пушков предлагает жёсткую интерпретацию произошедшего. По его оценке, Трамп представит меморандум как полную победу, однако главный аргумент президента — гарантия отказа Ирана от ядерного оружия — при ближайшем рассмотрении оказывается небесспорным.

Суть претензии такова: ровно то же обязательство Иран давал 11 лет назад — в полноценном соглашении, подписанном с администрацией Барака Обамы (Barack Obama) в 2015 году. Тогда речь шла не о меморандуме, который является лишь декларацией о намерениях, а о юридически обязывающем документе. Трамп в 2018 году, в первый президентский срок, из того соглашения вышел и восстановил жёсткие санкции против Тегерана. Теперь, ценой войны, он вернулся примерно к тем же параметрам, которых Обама достиг без единого выстрела. Чем новые обязательства Ирана отличаются от прежних — если вообще отличаются, — предстоит выяснить после публикации полного текста MOU.

Отдельный вопрос — Ормузский пролив. До начала конфликта он был открыт. Теперь будет открыт снова. Пушков называет это «самым парадоксальным достижением в современной истории»: глобальная проблема была искусственно создана, затем устранена ценой огромных усилий — и подаётся как победа именно тем политиком, который эту проблему и породил.

Женевская церемония 19 июня должна придать соглашению официальный статус, однако ключевые параметры — ядерное досье, санкции и механизм реконструкции — остаются предметом переговоров ближайших двух месяцев.

Мнение ИИ

Исторический паттерн здесь красноречивее любой риторики. Ормузский пролив — через него проходит около 20% мирового потребления нефти — всегда был геополитическим рычагом, а не реальной боевой целью. Именно поэтому рынки отреагировали снижением нефтяных цен мгновенно, тогда как биткоин, по данным hashtelegraph.com, напротив, вырос до $66 000 — криптовалюта давно превратилась в барометр геополитической нервозности, а не просто спекулятивный актив. Два рынка — нефтяной и криптовалютный — дали противоположные сигналы об одном и том же событии.

Ключевой риск, который остаётся за кадром: меморандум о взаимопонимании юридически не является обязывающим документом ни по нормам международного права, ни по внутреннему праву США. Это значит, что смена администрации или новый кризис способны обнулить договорённости так же легко, как это произошло в 2018 году. Способен ли документ без механизма принуждения к исполнению стать фундаментом для стабильности на 60-дневных переговорах — вот вопрос, от ответа на который зависит всё остальное.

▼
Самые интересные и важные новости на нашем канале в Telegram