Деньги сегодняшнего дня — это фиат, который не обеспечен ничем, кроме доверия к выпустившему его банку. История показывает, что привязанная к золоту твердая валюта через какое-то время становится фиатом и подвергается инфляции, превращающей бумажные деньги в ноль. Латинская Америка, в особенности Венесуэла, служит сейчас песочницей, позволяющей увидеть, что произойдет, когда глобальная денежная система рухнет.
В 1895-1897 годах в России была проведена денежная реформа Витте, закрепившая твердый рубль, который свободно обменивался на золото по курсу 774,234 мг за одну монету. До начала первой мировой войны Россия процветала, и казалось, что именно она станет крупнейшей державой XX века. Однако, в 1914 году обмен бумажных рублей на золото был прекращен, чтобы возобновиться ненадолго лишь во времена НЭПа в 1922 году: 50 000 старых «совзнаков» обменивались на 1 советский золотой червонец. К 1932 году конвертация оказалась прекращена. В итоге, за время своего существование только в XX веке рубль был деноминирован суммарно в 500 триллионов раз. Причина этого такова: работа печатного станка и отсутствие привязки к золоту всегда приводит к обесцениваю фиатных денег.
В 1971 году Ричард Никсон закрыл Бреттон-Вудскую систему, которая с 1944 года определяла доллар как конвертируемую в золото валюту, выступающую в качестве базы валютных паритетов и основного средства международных расчетов и резервных активов. Этим самым был отменен золотой стандарт, и доллар превратился в необеспеченный драгоценным металлом фиат. После этого его денежная масса стала бесконтрольно расти. Федеральная резервная система США печатает сейчас $85 млрд в месяц — это более 1 триллиона долларов в год.
![](https://hashtelegraph.com/wp-content/uploads/2019/02/US-Monetary-Base2.jpg)
Когда человечество перешло к использованию золота в качестве платежного средства, ювелиры выяснили, что они могут выдавать гораздо больше долговых расписок, чем то количество золота, которое у них действительно есть. Так возникло частичное банковское резервирование, при котором часть отданных на хранение средств кредитная организация может выдавать обратно в виде кредитов. В настоящее время банковское резервирование не превышает 10%. Фактически это означает, что выдавая кредиты, банки создают фиат в буквальном смысле из ничего, что еще больше усугубляет инфляционный эффект печатного станка.
Стоимость американских долларов сейчас составляет 60% стоимости всей валюты на планете. Более половины этой валюты находится за пределами США, потому что другие страны используют доллары в качестве финансовых резервов. Кроме того, торговля нефтью осуществляется в долларах.
Все большее количество стран избегает посредничества доллара — эти страны рассчитываются за нефть валютой друг друга. Также страны объединяются в группы, такие как БРИКС (Бразилия, Россия, Индия, Китай, Южно-Африканская Республика), внутри которых торговля осуществляется напрямую. Другие страны рассматривают проект золотого динара, который мог бы свободно обмениваться на золото. В штате Юта золото признали в качестве законного средства платежа.
В результате доллар постепенно теряет статус мировой резервной валюты.
«Доллар ожидает крах. Почему все думают, что доллар незыблем? Все считают, что ничего плохого с ним не произойдет. Люди успокаивают себя тем, что они используют высокие технологии, имеют компьютеры и интернет. Но ведь это нелепые аргументы. Правда в том, что все известные фиатные валюты потерпели крах. И нет ни одной причины, почему бы это не произошло с долларом. Меня беспокоит то, что в данном случае это глобальный процесс. Следовательно, проблемы будут иметь мировой масштаб. Мы наблюдаем уже сейчас разрушение доверия к доллару. Мы наблюдаем, как разные страны обмениваются валютой напрямую друг с другом, обходя доллар. Мы наблюдаем похожую ситуацию в торговле нефтью. Таких процессов, когда люди отказываются от доллара, мы будем наблюдать все больше и больше. И, вероятно, ситуация разовьется до такой степени, что система рухнет», — такими размышлениями делится с нами макроэкономист Дэвид Морган, создатель сайта новостей экономики The Morgan Report.
Дэвиду отвечает эксперт по финансовой грамотности и экономике, автор книги «Руководство по инвестированию в золото и серебро» Майк Мэлони: «Когда это произойдет, будет не очень хорошо. Я тот человек, который мало верит в конец света, но все, что мы можем сейчас сделать — это смириться с текущим порядком вещей. Мне кажется, что переход к новой денежной системе неизбежен. Слишком много проблем накопилось, и они должны найти свой выход. Когда происходит изменение финансовой системы, люди выбирают, как им поступить. Они могут думать, что ничего не выбирают, но в любом случае все они вовлечены в процесс перемен. Изменение системы влияет на всех, не важно, хотите вы участвовать в этом или нет. Если вы владеете ценными активами или бумажными деньгами, вы сделали ставку в одном направлении. Если у вас есть золото и материальные активы — это ставка в другом направлении».
Но есть и третье направление, и мы его знаем: это биткоин. Финансисты и банкиры старой формации, такие как миллиардер Уоррен Баффетт, не устают повторять мантру: «Блокчейн хороший, а биткоин плохой».
Раньше мы уже слышали похожие утверждения:
- «Телевидение — это плохая идея», — говорили радиостанции.
- «Интернет — это плохая идея», — говорили газеты.
- «Электронная почта — это плохая идея», — говорили почтовые отделения.
- «Интернет-магазины — это плохая идея», — говорили ритейлеры.
И вот теперь банки говорят: «Биткоин — это плохая идея».
Действительно неплохо бы оценить идею биткоина, каноническое определение которого звучит как «система электронных транзакций, не требующая доверия» — именно того доверия, которым пользуются центральные банки, выпускающие фиат.
Криптоэнтузиаст Дэн Хелд в своей работе «Насаждая биткоин» опубликовал таблицу, позволяющую сравнить криптовалюту с золотом и фиатом.
![](https://hashtelegraph.com/wp-content/uploads/2019/02/Bitcoin-Glod-Fiat.png)
Как видим, биткоин уступает традиционным средствам оплаты лишь в репутации, однако, предлагает два новых свойства: разработка с открытым кодом и отсутствие единого центра эмиссии. Получается, что биткоин лучше, чем аналоговые формы денег.
Но что же все-таки произойдет, когда действующая денежная система рухнет?
Интересный примером, если не сказать полигоном, будущих финансовых катаклизмов является сейчас Латинская Америка. Южноамериканские фиатные валюты потеряли значительную часть своей стоимости. Например, аргентинское песо стоит в 2 раза меньше, чем год назад. Хуже всего приходится Венесуэле, где стоимость национальной валюты, боливара, уменьшается в два раза каждые три недели, а годовая инфляция достигла 1,3 миллиона процентов.
В этой ситуации население выбирает биткоин, поскольку на фоне гиперинфляции местной валюты именно биткоин оказывается самым безопасным и удобным способом хранения денег. Объемы торговли LocalBitcoins — платформы для купли и продажи биткоина напрямую между пользователями — стремительно взлетели.
![](https://hashtelegraph.com/wp-content/uploads/2019/02/localbitcoins-VES-volume.png)
В Аргентине и Чили, двух из наиболее экономически стабильных странах Южной Америки, с января 2017 года объемы торгов выросли в шесть раз. Увеличение объема торгов за тот же период в менее стабильных Колумбии и Перу оказалось более значимым — в 9 и 25 раз, соответственно. Но эти цифры кажутся скромными в сравнении с Венесуэлой: торговый объем LocalBitcoins там в настоящее время более, чем в 550 тысяч раз выше, чем два года назад — он увеличился на 5 миллиардов боливаров.
Биткоин в Венесуэле — это вопрос выживания. Венесуэла — песочница, на примере которой мы можем увидеть, что случится в глобальном масштабе, когда рухнет финансовый гигант на тонких долларовых ножках. Пожелаем же Венесуэле выжить, потому что если у нее получится, получится и у нас. Viva Venezuela!